На главную

 

Лотергейт. Посольство США нашло нетрадиционный способ отказа в визах победителям лотереи GREEN CARD

Валерия МОЗГАНОВА (N29 от 14.08.2001)

Ежегодная американская лотерея green card – тема самого пристального и самого постоянного внимания читателей раздела “Эмиграция”. Каждый раз после официального объявления очередного розыгрыша “i” исключительно подробным образом рассказывает, как оформить заявку на участие в лотерее, по какому адресу ее отправить и что делать дальше. Нынешний год не станет исключением, однако, как уже писал “i” в прошлом номере, правила DV-2003 немного изменились, а посольство США в России, где сейчас идет смена руководства, обещает дать официальные комментарии по этому поводу чуть позже. Поэтому наши публикации для участников DV-2003 еще впереди.
Пока же есть повод поговорить с игроками двух прошлых лотерей. И, к сожалению, повод для них малоприятный. На днях состоялась встреча корреспондента “i” с г—ном Кеннетом Уайтом (Kenneth White) – американским адвокатом, более семи лет работающим в Москве. Предметом разговора стали новые проблемы, возникающие у победителей лотереи green card в посольстве США. Однако – все по порядку.
– Г—н Уайт, так в чем суть дела?
– Как известно, одно из требований устроителей лотереи green card – наличие персональной подписи игрока на первоначальной анкете-заявке, отправленной в адрес Национального визового центра США. И нередко на интервью в посольстве у консулов возникают сомнения: а действительно ли участник розыгрыша сам подписывал заявку? Сами понимаете, за год-полтора, прошедшие с момента отправки анкеты в США до момента проведения интервью, почерк может измениться, да и вообще есть люди, у которых “плавающая”, нетвердая подпись.
До недавнего времени в посольстве существовала следующая практика. Если консулы сомневались, а человек все-таки настаивал, что на заявке стоит именно его подпись, то документы отправлялись на почерковедческую экспертизу в лабораторию Службы иммиграции и натурализации (СИН) США. Но с одним условием: если эксперты дадут отрицательный ответ, утверждая, что подпись на заявке и подпись, сделанная в посольстве в присутствии консула, принадлежат разным людям, то загранпаспорт участника лотереи украсит постоянный и не подлежащий обжалованию отказ в праве на въезд в Америку.
На таких условиях кто—то сразу отказывался от экспертизы, но кто—то соглашался, если был в себе уверен, – и выигрывал дело, получал иммиграционную визу. Вот что мне было известно до сих пор.
В конце весны я был в посольстве по своим делам и случайно встретился там с одним из победителей лотереи green card. Молодому человеку отказывали в визе, как раз утверждая, что на заявке стоит не его подпись. А он упорно доказывал, что подписывал заявку сам. Вообще-то наша компания, White and Associates, редко ведет дела частных лиц, но тут я взялся ему помочь – сам даже не знаю, почему.
Первым делом я связался с консульским отделом и попросил отправить образцы подписей моего нового клиента на экспертизу. И услышал ошеломляющий ответ: посольство отказалось от этой практики. И теперь право решать столь сложный вопрос целиком отдано консулам.
– Но ведь они не эксперты. Как же они могут делать какие-то выводы?
– Совершенно верно, то же самое сказал и я. Когда консулы имеют абсолютное право отказать заявителю в визе, подозревая его иммиграционные намерения, – это еще туда-сюда. Но в деле соответствия или несоответствия подписи не может быть никакого субъективизма – здесь должна говорить наука.
Я начал забрасывать посольство факсами, представил туда несколько образцов подписей моего клиента, сделанных в последнее время, настаивал на проведении экспертизы. В ответ – молчание Как только я дозванивался до кого-то из сотрудников консульства, мне говорили: у нас пик сезона, людей не хватает, руководство посольства меняется, словом – ждите ответа. А время идет, и 30 сентября – последний срок проведения интервью – приближается неумолимо: потом в США наступит новый финансовый год и дело моего клиента можно будет считать закрытым.
Наконец 2 июля мне выдали копию первоначальной заявки моего “отказника”. При этом выдать оригинал документа категорически отказались. Я не эксперт, но даже мне хватило беглого взгляда, чтобы понять: подпись сделана его рукой.
А 13 июля мы получили официальный ответ, подписанный заместителем генконсула посольства г—жи Клериччи: подпись сделана не самим клиентом, отказ окончательный.
– А с кем—то из независимых экспертов вы пытались связаться?
– Конечно. Я показал образцы подписей нескольким экспертам в России, даже обращался для этого в лабораторию судмедэкспертизы российского МВД. Потом я отправился в Америку и уже там показывал те же документы. В частности, я лично был в лаборатории СИН, разговаривал с ее руководителем.
Она—то мне и подтвердила, что за последние год-полтора из посольства США в Москве не поступило ни одной заявки на проведение почерковедческой экспертизы. Этим обстоятельством в лаборатории СИН крайне удивлены, если не сказать больше – удручены. Наши эксперты готовы работать, готовы давать свои заключения, ноѕ
– Ну, а что они говорят по поводу вашего дела?
– В общей сложности я показал образцы подписи не то пятнадцати, не то двадцати экспертам. Все как один сказали: на первый взгляд подписи очень похожи.
В Америке я обошел около десяти лабораторий. В одних отказались браться за исследование, потому что их эксперты не говорят по-русски и не знакомы с русским алфавитом. Но мы нашли двоих, которые знают русский язык, и еще двоих, которые, даже не зная русского, готовы взяться за это дело. Но для того, чтобы провести экспертизу и дать окончательный ответ, необходим оригинал заявки. Тот самый, который посольство категорически отказывается выпускать из рук.
– А что говорят вышестоящие инстанции по поводу позиции посольства? Их мнение вы знаете?
– Я был в Вашингтоне и разговаривал по этому поводу. Там говорят так: в данном случае посольство имеет право само решать, как ему поступать. Решило самостоятельно давать так называемые экспертные заключения – его дело. Вашингтон вмешиваться не будет.
– Похоже на произвол.
– Самый настоящий. Кстати, дело моего нынешнего клиента столкнуло меня и с еще некоторыми проблемами. Всем известно, что заявка на участие в лотерее должна оказаться в Америке в точно определенный срок – с такого-то по такое-то число. И некоторые игроки, подстраховываясь, просят своих американских друзей или родственников отправить заявки через Америку: присылают им самостоятельно заполненную анкету, скажем, с экспресс-почтой, а уж в США эту анкету, как и полагается, опускают в почтовый ящик – заявка ведь должна прийти только обычной почтой и никак иначе. Мой клиент как раз воспользовался услугами американских друзей.
Так вот, оказывается: для посольства американский штемпель на конверте – почти что доказательство того, что заявку отправлял и, соответственно, подписывал не сам игрок. Сами понимаете, что это значит в условиях отсутствия возможности провести почерковедческую экспертизу.
– Но ведь есть какой-то способ доказать обратное?
– Я попробовал один. Вы в России пользуетесь писчей бумагой формата А-4, а мы в Америке – бумагой другого стандарта. А-4 длиннее и уже, чем наша, американская бумага, спутать их невозможно. Так вот, заявка моего подопечного была оформлена на бумаге формата А-4, и мы это можем доказать. Трудно представить, что он попросил американских друзей составить за него заявку и для этого прислал им в США чистый листочек из России.
– Это вы тоже пытались озвучить представителям посольства?
– Да, пытался. И пытаюсь до сих пор, не теряя надежды на благополучный исход дела. Более того, я попросил посольство снять отпечатки пальцев моего клиента и сравнить их с отпечатками на заявке. Мой клиент утверждает, что после того, как отправил анкету в Америку, больше не держал этого документа в руках. И если там найдутся его отпечатки, это станет дополнительным доказательством в нашу пользу.
– На каком этапе сейчас находится это дело?
– Сейчас я подготовил и направил официальное письмо на имя нового посла США в России г—на Вершбоу. В нем я подробно описал сложившуюся ситуацию и призвал нового главу посольства вмешаться в нее. Кроме того, я предложил поднять все подобные дела за последние два года и, если обнаружатся похожие на мое нынешнее дело, отменить принятые решение и все-таки провести экспертизу, отправив документы в СИН. Я понимаю, что это масштабное и очень дорогостоящее мероприятие: для справки скажу, что проведенное в частном порядке почерковедческое исследование стоит более $1.000. Но, по-моему, справедливость и законность в данном случае важнее материальных затрат.
– А может быть посольство просто хочет переложить эти затраты на плечи самих участников лотереи green card?
– Не знаю, не уверен. Дело в том, что лаборатория СИН не работает по заявкам от частных лиц. А мнение независимых частных экспертов – и это я сейчас очень хорошо осознаю – для посольства не аргумент.
– Итак, насколько я поняла, сейчас вы можете рассчитывать только на вмешательство со стороны посла.
– Да. Оригинала заявки моего клиента мне не выдают, экспертизу проводить отказываются. Мне даже отказали в предоставлении статистики – сколько человек за последние два года получили отказ из—за несоответствия подписи. А я уверен, что мой клиент – не одинок. Пусть даже таких, как он, немного, пусть пять, десять, двадцать человек, но ведь они имеют право на справедливость.
Квота, установленная в рамках лотереи DV-2001 уже полностью исчерпана, дела “отказников” закрыты и там вряд ли что—то можно изменить. Но у участников DV-2002, ставших жертвой консульского произвола, еще есть время исправить ситуацию.

Вот такие дела творятся в посольстве США. К сожалению, времени у г—на Уайта действительно немного – чуть больше месяца. Захочет ли американское диппредставительство признавать собственные ошибки, пойдет ли на сотрудничество, удовлетворит ли просьбу адвоката, возобновит ли практику проведения почерковедческих экспертиз – ответы на эти вопросы и г—н Уайт, и “i”, и участники розыгрыша лотереи green card теперь ждут лично от г—на Вершбоу.
Пока же можно дать игрокам будущей лотереи несколько советов. Во-первых, обязательно делать копию заявки, отправляемой в США. Причем желательно и саму заявку, и ее копию составлять в присутствии нотариуса, и у него же заверять остающийся у вас экземпляр. По крайней мере, у вас в руках будет хоть какое-то доказательство.
Во-вторых, по возможности не пользоваться услугами американских друзей и родственников, а отправлять заявки обычной почтой из России. Это пожелание противоречит всем законам, но, кажется, посольство США не оставляет нам выбора.
И в-третьих. Г-н Уайт просит всех участников двух прошедших лотерей, которые попали в ситуацию, схожую с ситуацией его нынешнего клиента, обратиться в офис White and Associates по телефону (095)246 1432. Возможно, общими усилиями и удастся чего-то добиться от посольства.

http://www.inostranets.ru/cgi-bin/materials.cgi?id=9066&chapter=10

© Copyright IJC 2000   |   Условия перепечатки